Ранее: http://www.olsufiev.com/4W/Gurdjieff-AGU.htm
|
ИСПЫТАНИЕ
Вот какова
была
история
первой встречи
моего друга
со своим
учителем.
Эта история
в чем-то
перекликается
с описанной
у К.К.
историей
встречи
Флоринды
(старшей) со своим
бенефактором.
Когда он
был в
последнем
(или предпоследнем?)
классе,
Михаил
заболел. Он
сильно отравился
(пирожком в
школе). Хотя
его мать была
врачом, и вся
медицина в
большом
городе, где
он жил, поэтому
была
блатная, это
мало
помогало. Он
был в общем-то
здоровым
парнем, и
занимался
спортом, но в
тот год ему
пришлось
многое
испытать.
Бесконечные
осмотры,
анализы и
консультации,
бесчисленные
глотания
зондов (что само
по себе
отдельное
счастье), а
главное, все
безрезультатно.
У него
развился
целый куст
болезней:
сильный
колит,
гастрит,
холецистит,
воспаление
луковицы
12-перстной
кишки (не
знаю
названия) и,
кажется,
что-то еще. Практически
это
сводилось
вот к чему:
нулевая
кислотность
и
постоянная
слабая повышенная
температура.
Нужно
сказать, что
медицина не
только не
помогла, но,
наоборот,
ухудшила
его состояние.
Дело в том,
что идиоты
от медицины, не
понимая
сути многих
болезней,
лечат симптомы,
а не причины.
(Аналогично
тому, что происходит
с душевными
болезнями). В
частности, М.
держали на
строгой и
безвкусной
диете, что
только
способствовало
тому, что
желудочный
сок,
необходимый
для
переваривания
пищи,
практически
перестал
отделяться.
В общем,
ситуация
зашла в
тупик. По
некоей
случайности
(скажем так
для
простоты),
мать М.
разговорилась
с одним
человеком, в
разговоре с
которым
пожаловалась
на болезнь
сына.
Человек
этот сказал
ей: «Да
повезли бы
его на воды! У
нас водами
лечат
многие
болезни».
Оказалось,
что его отец
живет в
курортном
городе, в котором
есть
целебные
источники.
Мужчина этот
предложил
матери
Михаила
переговорить
с отцом,
чтобы тот
сдал им
комнату.
Впрочем,
человек
этот, как сам
впоследствии
признался,
тут же
пожалел, что
поторопился
со своим
предложением.
Он не принял
в расчет характер
отца. Дело в
том, что отец
его никому никаких
комнат не
сдавал, и
само такое
предложение
должно было
бы привести
только к тому,
что он
выругал бы
сына за
дурацкую
инициативу.
Тем не менее,
он связался
с отцом, и, неожиданно
для себя
самого,
получил ответ:
пусть,
дескать,
приезжают.
Итак,
Михаил с
матерью
поехали на
воды. Путь
был
неблизкий.
Они
приехали в
курортный
городок и
нашли
нужный им
частный дом. Их
встретил
хозяин,
высокий и
импозантный
мужчина в
летах, но
очень
крепкий. (Да и
выглядел он,
как
впоследствии
оказалось,
существенно
моложе
своих лет).
После того,
как они
устроились
в комнате,
мать
Михаила
куда-то ушла.
И вдруг хозяин
обращается
к М. и говорит
что-то вроде:
«Сынок, не
поможешь ли
помыть
кое-какую
обувь?». Он
ведет М. к
сараю и
показывает
гору
какой-то
немыслимой
обуви:
старой,
рваной, и,
конечно,
грязной. Он
эту обувь
собирал,
наверняка,
долго и где
только мог. (А
нетрудно
себе
представить,
какую обувь
выкидывают
в сельской
местности).
Естественно,
первым
побуждением
М. было
отказаться.
За такое
решение
было многое:
он приехал
сюда не мыть
обувь; в
конце концов,
они за
комнату
платят и
ничем,
следовательно,
не обязаны
хозяину; он
был с дороги и
устал; а
главное,
достаточно
было
посмотреть
на эту рвань,
чтобы
понять, что
сама идея
мытья была
совершенно
бредовой: обувь
эта уже
никому не
могла
пригодиться.
Но... вот
тут-то и
сработало
«нечто» - назовем
это
интуицией,
чутьем или
чем-то иным. И
хотя в тот
момент он не
понимал, что
им руководило,
М.
согласился.
Только
позднее он
понял (сам
или нет), что
это был его,
по выражению
Дона Хуана,
«кубический
сантиметр шанса».
И он его
схватил.
Михаил
покорно
принялся за
мытье и
занимался
этим до
возвращения
матери. По
молчаливому
уговору, он
матери
ничего не
сказал. Об
этой
истории она
никогда не
узнала (да и
не узнает,
по-видимому).
Впрочем,
этим дело не
кончилось.
Еще несколько
дней М.
занимался
тем же
мытьем, каждый
раз в
отсутствие
матери, пока
не перемыл
всю гору. Тем
самым он
прошел
испытание у
мага,
которым
оказался
хозяин, и
стал его
учеником. Ну
а обувь... Ее,
конечно,
выбросили –
она
собиралась
только для
этого
случая. Я
эту историю
впервые
услышал от М.
довольно
давно. Но
только
сравнительно
недавно,
вспоминая
этот эпизод
из жизни
своего
друга, я
ощутил
некоторое беспокойство:
что-то меня в
ней смущало.
Разобравшись,
я понял, что
именно меня
беспокоило:
а зачем
вообще
нужно было
это
испытание?
Если бы
речь шла о
чисто
житейских вещах,
это было бы
понятно. Но
ведь
хозяин-маг
был
учителем, и
как всякий
настоящий учитель,
обладал
вИдением.
Зачем же
нужен был
этот тест,
если
учитель не
только
видел, что М.
подходил, но
и заранее
принял
определенное
участие в
устроении
их встречи?
Тем не менее,
именно это
бессмысленное,
на первый взляд,
мытье и
подписало
для М. «путевку
в Жизнь». Да и
вообще, в
литературе
нередко
встречаются
описания
испытаний
такого рода
как
необходимых
(хотя и не
всегда) этапов
для
вступления
на Путь.
Например, у
Кастанеды.
Но,
поразмышляв,
я, вроде бы,
понял смысл
этой и ей
подобных
проверок. («Небылицы») |
Далее: http://www.olsufiev.com/4W/Gurdjieff-AGW.htm